Улыбка Кости мгновенно сменилась дьявольской усмешкой, и он вскочил с кровати. Я с любопытством наблюдала, как он прошел в противоположный конец комнаты к телефону и набрал номер.

— Джастин!

Стоило мне услышать имя матери, как я мгновенно выпрыгнула из постели. Кости, давясь от смеха, бросился прочь, не прерывая разговор.

— Да, это Кости. Да, конечно, не слишком благозвучное имя… Хм, взаимно. Я уверен…

— Дай мне телефон! — потребовала я.

Он игнорировал моипритязания и отодвинулся дальше. После инцидента с моим отцом мать безумно ненавидела всех вампиров. Она даже пыталась убить Кости — дважды. Поэтому он с такой радостью воспользовался случаем сравнять счет.

— Нет, Джастин, я звоню тебе не для того, чтобы поболтать о неумерших убийцах… Да, и о выродках-соблазнителях тоже. Разве я тебе не говорил? Нет? О, клянусь, мой род насчитывает целую вереницу шлюх.

Когда Кости выдал матери еще одну пикантную подробность о своем прошлом, я затаила дыхание. Мать точно разъярилась до бешенства!

— …Звоню, чтобы сообщить хорошую новость. Я попросил руки твоей дочери, и она приняла предложение. Поздравляю, скоро я официально стану твоим зятем. Хочешь, чтобы я уже сейчас называл тебя мамой, или подождем до окончания церемонии?

Я взвилась в воздух и наконец вырвала трубку из рук Кости. Он так заливисто смеялся!

— Мама? Ты меня слышишь?

— Котенок, дай ей опомниться. Боюсь, она упала в обморок.

Было время, когда я сожалела, что не смогу тать матерью. Чтобы моя мать забеременела, отец должен был быть новоиспеченным неумершим, — как правило, вампиры не способны к произведению потомства. И я никогда не пошла бы на риск, передать ребенку свои генетические странности при искусственном оплодотворении, не говоря обо всех опасностях моей работы.